Медична освіта

Украина — первая “заграница”, кото­рую увидела 24-лет­няя уроженка Ки­тая Чжан Сяньцзин. “Я была настоль­ко счастлива приезду, что вы­брала для изучения украинский язык”, — старательно и слегка волнуясь подбирает слова темно­волосая студентка.

Год назад она приехала в Киев из маленького провинциально­го городка Шицзячжуан и теперь осваивает совершенно новую для себя культуру и учится в Ин­ституте филологии Киевского на­ционального университета имени Тараса Шевченко.

Дома Сяньцзин изучала попу­лярный в регионе русский, но, ре­шив разнообразить свои лингвистические возможности, выбрала для поступления Украину.

“Решение ехать я приня­ла за час, — вспоминает Сянь­цзин. — Мама не соглашалась, она считала, что это очень далеко, и не знала, безопасно ли тут, ведь здесь идет война”.

Решение было правильным, теперь уверена Сяньцзин: в от­личие от русского языка, на который был потрачен целый год, базовый украинский настойчи­вой китаянке дался за три месяца. Да и жизнь в Украине пришлась по вкусу: воздух тут чище, свиные отбивные — “просто объедение”, а Львов и Карпаты зовут в путе­шествия.

Преимущества студенче­ской жизни в Украине оцени­ла не только Сяньцзин — инте­рес к украинским дипломам сре­ди иностранцев в последние годы крепнет. Сейчас, по данным Ми­нистерства образования и нау­ки Украины (МОН), в отечествен­ных вузах гранит науки гры­зут 80,5 тыс. молодых людей из 158 стран мира. Это на треть больше, чем, например, в довоен­ном 2011-м.

Почти половина из этих сту­дентов приезжает за диплома­ми медиков, остальные — за спе­циальными техническими навыками и языком, который потом может существенно улучшить их конкурентоспособность не ро­дине. “Основное преимущество украинского высшего образова­ния — высокое качество по при­емлемой стоимости в сравнении с другими странами”, — объяс­няет Елена Шаповалова, дирек­тор Украинского государственно­го центра международного обра­зования при МОН.

При этом иностранный по­ток — это не только имидж стра­ны, но и составляющая инвести­ций в экономику, подчеркивает Шаповалова. По самым скром­ным подсчетам чиновников, каж­дый такой студент ежегодно оставляет в стране $6-8 тыс.

“С учетом трат на прожива­ние, питание и развлечения ино­странные студенты приносят эко­номике $570 млн [в год], а за все годы обучения страна зарабаты­вает на них более $3 млрд”, — прикидывает эксперт.

Поток заграничных абитури­ентов в Украину не смогла оста­новить даже пандемия с пяти­месячным запретом на приезд иностранцев: сейчас зарегистри­ровано уже более 27,5 тыс. при­глашений на обучение. Для ка­рантинного года это неплохой показатель, говорят эксперты, хоть он и существенно меньше, чем в прошлом году.

И отечественная система об­разования пытается сделать все возможное для того, чтобы удер­жать иностранцев в университе­тах и сохранить прибыль: для них продлены сроки зачисления и ра­ботает система дистанционного обучения. “Сейчас рассматрива­ется возможность дистанционно­го вступления для иностранцев в 2021 году в качестве экспери­мента”, — раскрывает планы Шаповалова.

За украинским дипломом

Первая десятка стран, гражда­не которых выбирают высшее об­разование в Украине, выглядит так: Индия, Марокко, Азербайд­жан, Туркменистан, Нигерия, Тур­ция, Китай, Египет, Израиль и Уз­бекистан.

По словам Шаповаловой, ин­дийские и китайские студенты сейчас в лидерах по всему ми­ру — в их странах система обра­зования не может удовлетворить растущий спрос. Особенно это ка­сается специальностей в сфере медицины, филологии, искусства, авиации и транспорта. За этим едут молодые люди из Египта, Турции, Нигерии и Марокко. При­чем студенты из Марокко и Егип­та больше интересуются фарма­цевтикой, чтобы по возвраще­нии домой открыть прибыльный для их стран бизнес.

Даже с учетом высокого уров­ня израильской медицины граж­дане этой страны нередко прояв­ляют интерес к украинским ме­дицинским факультетам. “Это

студенты именно арабского про­исхождения. Дома им нужно сдать багрут (экзамен на атте­стат зрелости, необходимый при поступлении), что дается нелег­ко”, — поясняет Шаповалова.

А вот поток из постсоветских стран, вроде Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана за по­следние годы сильно сократился. И тенденция будет идти только на понижение — в этих странах открывается много новых вузов.

“Но все равно остается корруп­ция на этапе поступления, — рас­суждает эксперт. — Зачем пла­тить взятки, если можно год про­учиться в Украине? Если они показывают хорошие результаты тут, то могут перевестись к себе на родину на второй курс”.

И все же ключевая причи­на, по которой иностранные сту­денты выбирают Украину, — эле­ментарная экономия. Даже с уче­том того, что за обучение они платят практически вдвое боль­ше украинцев, эта сумма все рав­но на порядок ниже европейского или американского ценника.

“В Польше медицина стоит 10 тыс. евро в год, у нас же $3,5- 5 тыс. Тогда как в США эта сумма будет больше $40 тыс.’, — прики­дывает Шаповалова.

Также в Украине существен­но ниже расходы на проживание, транспорт, питание и развлече­ния. Именно по этой причине три года назад Мохаммед Шерифф из Либерии выбрал для учебы Украину. “Плата за обучение ока­залась намного меньше, чем моя семья рассчитывала, — гово­рит студент. — Я решил приехать из-за стоимости жизни”.

Теперь Шерифф изучает меж­дународные отношения и эконо­мику в Украинско-американском университете Конкордия и чув­ствует себя вполне комфортно. Кроме учебы он тренирует лю­бительскую команду по футболу, а живет в общежитии и даже на­учился готовить борщ.

В среднем для иностранца проживание в кампусе обходится как минимум в $800 в год. При­чем этот опыт порой поражает воображение чужеземцев. Напри­мер, по словам Сяньцзин, она бы­ла по-настоящему удивлена на­личием кухни в жилом блоке. “Студенты могут самостоятельно готовить! В Китае такого нет, — восторженно делится впечатле­ниями китаянка. — Даже в мага­зине тут мы можем сами взвеши­вать овощи и фрукты”.

Хотя впечатления от студен­ческого быта далеко не у всех приезжих позитивны, а украин­ские правила — понятны. Мохам­мед Шерифф, к примеру, до сих пор не может забыть, как однаж­ды зимой.провел ночь на ули­це. “Моя семья отправила деньги поздно, — рассказывает либери­ец. — Когда они дошли, банк уже был закрыт, и комендант обще­жития не разрешил мне остаться даже на ночь, чтобы я смог запла­тить деньги на следующий день”.

Чтобы таких ситуаций не воз­никало, вузы, где учится много иностранцев, строят для них от­дельные общежития. Так, некото­рые такие корпуса могут быть ос­нащены специальными молит­венными комнатами или быть исключительно женскими по тре­бованию, например, мусульман­ских девушек.

Трудности перевода

Чтобы попасть в любой из 455 ву­зов Украины, принимающих ино­странцев, нужно изрядно постараться: оформить все необходимые докумен­ты, подать заявки, получить визу, приехать в Украину, и только потом дело дойдет до вступительных экзаменов. Причем у аби­туриентов из стран с “рисковой миграцией” велик шанс получить визовый отказ.

Чтобы избавить себя от разочарований и бюрократии, около 70% иностранных сту­дентов пользуются услугами компаний-по­средников — сейчас в стране их более 300.

За $ 1 тыс. такие компании обещают не толь­ко помочь с выбором вуза, но и готовы взять на себя всю бумажную волокиту.

Правда, далеко не все подобные конто­ры чисты на руку, жалуются студенты. “По­средники часто говорят, что у них есть до­говора со всеми столичными университета­ми, а в итоге отправляют студента, например, в Полтаву, и он уже ничего не может сде­лать”, — описывает рядовую ситуацию Шапо­валова.

Зато поскольку украинские вузы в прито­ке иностранцев живо заинтересованы, то де­монстрируют чудеса лояльности, и вероят­ность поступления взлетает почти до 100%. Да и знание украинского языка для приез­жих становится далеко не обязательным ус­ловием.

“Сертифицированного экзамена пока нет, университет самостоятельно устанавлива­ет проходной балл или уровень необходи­мых знаний”, — го­ворит эксперт. Но да­же провалившим тест предлагают остать­ся на подготовитель­ный курс и поступить через год, на что со­глашаются практиче­ски все.

К тому же есть оп­ция обучения на анг­лийском, ее выбирают 40% приезжих хотя та­кое образование обой­дется на 15-20% до­роже.

И это еще не все: в погоне за иностран­цем вуз может орга­низовать обучение на третьем языке — например, для марок­канских студентов де­лают французские группы. Но у этой ме­дали есть и оборот­ная сторона: по словам Шаповаловой, в та­ком случае могут возникнуть ситуации, когда преподаватель владеет языком хуже студен­та. К слову, у педсостава, который работает с иностранцами, к ним должен быть особый подход.

“Если я вношу какую-то дополнитель­ную информацию, то я должна так подгото­вить свой урок, чтобы были представлены все страны учеников в группе, чтобы нико­го не обидеть, никакой негативной информа­ции”, — рассказывает преподаватель Инсти­тута филологии КНУ Валентина Ковальчук.

Гораздо реже приезжих опре­деляют в смешанные группы с украинскими студентами. А ес­ли это происходит, жизнь им ус­ложняет языковой барьер. “Слож­но иметь типичных украинских друзей, потому что большинство однокурсников держатся от нас подальше”, — жалуется либери­ец Шерифф.

А вот китаянка Сяньцзин по­шла от обратного: оказавшись в группе с шестью соотечествен­никами, она изо всех сил старается выйти из зоны комфорта. Студент­ка нашла несколько украинских друзей и теперь учит их китайско­му, а они ее — украинскому.

Также помогают сериалы и книги, говорит Сяньцзин. “Не­давно купила книгу Рождествен­ские эльфы, прочла пока только од­ну главу, — рассказывает она.

Хоть она и детская, мне тяжело. Там очень много деепричастий”.

Мечты о будущем

Большинство граждан Индии и Марокко с украинскими дипло­мами увозят полученные знания на родину, даже если они не прочь поработать в Украине. Дело в том, что иностранцам украинскую ра­бочую визу получить нелегко: ра­ботодатель должен объяснить, по­чему он берет на вакансию имен­но иностранца, а не украинца.

В отличие от США или Польши, в Украине иностранным студентам запрещено работать даже во время учебы. “Мне здесь нечем заняться, кроме как зависеть от семьи в мо­их повседневных расходах”, — раз­водит руками Мохаммед.

По той же причине ино­странные выпускники украинских медуниверситетов не мо­гут поступить в здешнюю ин­тернатуру, что критично важно для признания украинского ди­плома и трудоустройства в ряде стран. “Если бы они учились этот год, наши дипломы бы признава­ли, например, в Саудовской Ара­вии”, — утверждает Шаповалова.

Однако в части стран укра­инский диплом охотно прини­мают — по прибытии домой или в третью страну нужно его просто подтвердить, сдав тест.

Тем не менее воспитанни­ки украинских вузов с иностран­ными паспортами не всегда воз­вращаются домой. Так, 27-летняя Пуджа Прахарадж из индийско­го городка Бхубанешвара во­семь лет назад приняла решение остаться в Украине. Для этого она все время находится в непре­рывном учебном процессе: сна­чала был диплом Харьковско­го национального медицинско­го университета, потом степень МВА в Харьковском националь­ном университете имени Васи­лия Каразина, а сейчас — орди­натура Харьковской медицин­ской академии последипломного образования.

Решение жить в Украине при­шло не сразу. “В первый год мне было сложно адаптироваться, по­тому что было очень холодно, — вспоминает Прахарадж. — Я пере­местилась с отметки +45 в отмет­ку почти -40 градусов”.

Со временем ей удалось адап­тироваться и проникнуться ат­мосферой страны. Более всего по душе пришлось здешнее ува­жительное отношение к женщи­нам в обществе, что редко встре­чается в ее родной Индии.

“Люди в Украине дружелюб­ные, не такие расисты (кроме старых бабушек), и это прекрас­но, — восхищается Прахарадж. — Я не вернулась в Индию, так как чувствую себя здесь в боль­шей безопасности”.

В дальнейшем студентка соби­рается посвятить себя науке, а за­тем осуществить свою давнюю мечту и стать академиком.

Впрочем, и у либерийца Шериффа есть большая амбициоз­ная цель. Получив украинский диплом, он хочет вернуться до­мой и стать дипломатом. “На­пример, я могу служить послом в ЕС, Африканском союзе, ООН или в любой хорошей стране, — мечтает Шерифф. — Наконец, я могу баллотироваться на поли­тический пост в палате законода­тельных органов в Либерии”. (Журнал “Новое время”)